По материалам Дарьи Радонежской, жены правнука священномученика Трифона Радонежского

Трифон Ильич Радонежский, диакон, священник (1873-1938)

Память 14 февраля и в Соборе новомучеников и исповедников Российских. Родился в 1873 году в Москве. Рукоположен в сан диакона.

На 1937 год работал контроллером в Бауманском райпищеторге. Проживал по адресу: Москва, ул. Радио 4, кв. 14.

29 сентября 1937 г. был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности.  16 декабря 1937 года Тройкой УНКВД МО был приговорен к 10 годам лишения свободы.  Скончался в заключении 27 февраля 1938 года. Реабилитирован в сентябре 1995 года прокуратурой г. Москвы.

Причислен к лику новомучеников и исповедников Российских постановлением Священного Синода РПЦ от 27 марта 2007 года.

Родился 13 ноября 1873 года (по старому стилю) в семье дьякона Трифоновского Храма на Напрудном. Отец Илья Сергеевич, мать Олимпиада Алексеевна — просфорница в том же храме, сестры Вера Ильинична и Анастасия Ильинична.

Восприемниками являются потомственный почетный гражданин Григорий Александрович Монахов и дочь Николая Васильевича Минервина, священника Московской Космо-Дамианской церкви в Садовниках, Екатерина Николаевна.

Таинство Крещения совершал протоиерей Владимир Григорьевич Назаревский* с причтом в Московской Трифоновской в Напрудной слободе церкви.

*Назаревский Владимир Григорьевич — один из ближайших помощников архиепископа Филарета (Гумилевского), в 1840-х гг., в деле распространения православия в Прибалтийском крае; родился в 1819 году, умер 9-го марта 1881 года. Сын бедного священника Тульской епархии. В 1860 году он занял место профессора греческого языка в Московской духовной семинарии и настоятеля при московской церкви св. Трифона; эти две должности он занимал до самой своей смерти. Кроме нескольких статей по вопросу о необходимости введения контроля над церковными суммами, Назаревским изданы еще лекции его учителя Ф. А. Голубинского: по умозрительному богословию (М., 1868 г.) и по психологии (М., 1872 г.).

Обучение

Окончил Перервинское духовное училище.

Прошение о допущении к экзаменам в Духовную семинарию было составлено священником Московской Николаевской на Болвановке церкви Николаем Алексеевичем Орловым (супруг его тети), у которого Трифон Ильич находился под попечительством после смерти отца – дьякона Трифоновской церкви в Напрудном, Ильи Сергеевича Радонежского.

Духовную Семинарию Трифон Радонежский окончил в 1896 году в возрасте 23 лет по II разряду.

Работа

С января 1897 по август 1897 года  — учитель Церковно-приходской школы в городе Богородске.

С сентября 1897 года по январь 1902 года – учитель вокресной школы при церкви Воскресенской в районе Таганка г. Москвы.

В 1897 году поступает на работу в 4 мужскую гимназию помощником классных наставников (возможно в последние годы работы он был переведен на должность классного надзирателя, о чем пишет его ученик в своих воспоминаниях, где работает до 1918 года).

В 1919 году поступает на работу в 9-ю Советскую трудовую школу 1о-й степени.

До 1920 года состоял работником 16-й Советской школы 1-й степени.

С 1901 года по 1935 работает псаломщиком в Храме Вознесения на Гороховом Поле (с 1920 года – по основной работе).

В этом деле обозначается Трифон Ильич как потомственный почетный гражданин. «Трифон Ильич 17 августа 1900 года направлял запрос о разрешении ему открыть в Москве «курсы бухгалтерии и счетоводства», он имел свидетельство на звание бухгалтера и свидетельство «удостоверяющее учительское звание». Проживает по адресу Москва, Чистые пруды, дом Эппле.

Последняя служба – дьякон, село Фаустово, до 1937 года (Троицкая церковь).

И во время служения Трифона Радонежского в Троицкой церкви, и сейчас (с 1937 по 1996 год храмы были закрыты)  эти земли являются Подворьем Спасо-Преображенского Соловецкого ставропигиального мужского монастыря, именуемые Ново-Соловецкой Марчуговской пустынью.

До 1901-1904  года проживал в доме Эппле на Чистопрудном бульваре (д. 15, стр 2). Далее проживал в доме Церкви на Гороховом Поле (с 1904 года).

В 1932 году Трифон Ильич жил в деревне Лукинки Мордвесского района Московской области.

С 1932 года Трифон Ильич подает прошение на возвращение избирательных прав.  В 1937 году общим Распоряжением ему возвращают избирательное право.

29 сентября 1937 года был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности, во время следствия находился в заключении в Бутырской тюрьме в г. Москве.

На момент ареста, в 1937 году, отец Трифон работал контролером в Бауманском райпищеторге г. Москвы. «В июле и августе 1937 года следователи допросили дежурных «свидетелей» и соседей Трифона Ильича, которые дали нужные следствию показания. В частности, был допрошен дворник, который, по его словам, знал диакона Трифона с 1907 года. Все «свидетели» утверждали, что «диакон антисоветски настроен», «хвалит дореволюционную власть и не любит советскую»» (Источник: Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церковь в XX в.).

Следователь в основном интересовался, насколько долго диакон Трифон служит в храме, а затем предъявил ему обвинение, что он «враждебно, антисоветски настроен» и «ведет антисоветскую агитацию». Были процитированы «показания свидетелей», но диакон Трифон их категорически отверг.

16 декабря 1937 года Тройка УНКВД МО приговорила его к 10 годам лишения свободы в исправительно-трудовом лагере (ИТЛ), он находился в заключении в Байкало-Амурском ИТЛ (Бамлаге).

27 февраля 1938 года скончался в заключении.

27 марта 2007 года Постановлением Священного Синода РПЦ причислен к лику новомучеников и исповедников Российских. 

Семья Трифона Ильича Радонежского

Родители Трифона Ильича:

Родители Трифона Ильича поженились 22 октября 1865 года. Олимпиаде Алексеевне было 22 года. Илье Сергеевичу  (рожден 8 июля 1842 года) было 23 года (студент Спасо-Вифанской семинарии, жил в Сергиевом Посаде). При рождении фамилия была Ахтырский, но в Семинарии ему и его брату Василию была присвоена новая фамилия — Радонежский.

Отец служил дьяконом в Трифоновской, что в Напрудной Слободе, Церкви. Преставился 14 августа 1875 годв в г. Москве от воспаления легких, когда Трифону было 2 года. Исповедовал и приобщал Святых Христовых Таин перед его смертью протоиерей Трифоновской церкви в Напрудной слободе Владимир Григорьевич Назаревский. Погребен 17 августа 1875 года на Ваганьковском кладбище г. Москвы.

Олимпиада Алексеевна работала просфорницей в церкви в Напрудной Слободе.

Братья и сестры Трифона Ильича:

Василий. Служил пономарем в Николаевской церкви, что на мху у пруда (В Богородском уезде, Московской губернии).

Вера. Родилась 05 августа 1867 года. Муж Михаил Николаевич Иванов. Дочь Наталья, сыновья Борис и Николай.

Ольга. Родилась в 1870 году. 2 июля 1910 года обвенчалась с Зайончковским Алексеем Алексеевичем. Сын Павел, дочери Лидия и Надежда.

Анастасия. Родилась в 1872 году. Училась на средства Амвросия, архиепископа Харьковского. Муж Василий Вакхович Балдин, дочь Евгения.

Сергей. Родился 26 августа 1869 года. Умер 17 августа 1870 года.

Маргарита. Родилась в 1867  году. В 9 лет умерла от дифтерии.

Бабушки и дедушки, прабабушки и прадедушки Трифона Ильича:

По отцовской линии:

Мать Ильи Сергеевича — Мария Васильевна Ахтырская.

Отец Ильи Сергеевича — Сергей Матвеевич Ахтырский. Дьячок в храме Христорождественском при Лавре.

По материнской линии:

Отец Олимпиады Алексеевны — Алексей Григорьевич Орлов, 1803 года рождения, был священником в Покровском храме в Филях с 1825 по 1876 годы, благочинный.

Мать Олимпиады Алексеевны  — Ольга Тимофеевна, 1803 года рождения.

Алексей Григорьевич и Ольга Тимофеевна обвенчались 16 января 1825 года.

Дедушки и бабушки мамы, Олимпиады Алексеевны:

Отец Алексея Григорьевича Орлова — Григорий Гаврилович Котлов, 1763 года рождения, был священником в Покровском храме в Филях с 1811 по 1825 годы.

Мать Алексея Григорьевича Орлова — Анна Ивановна.

Брат Алексея Григорьевича Орлова — Михаил, 1795 года рождения.

Отец Ольги Тимофеевны — Тимофей Иоаннович (священник Тихвинской иконы Божьей Матери на Сущевском валу).

Дети Алексея Григорьевича Орлова: Виктор (1846 года рождения), Олимпиада, Александра, Анастасия, Елизавета, Наталья. Также дочь Юлия, умерла в двухмесячном возрасте, 29 июня 1849 года.

Супруга и дети Трифона Радонежского:

В 1900 году рождается сын Николай. Умер в 1920 году на фронте.

В 1901 году рождается дочь Клавдия (затем имеет фамилии Карло, Кискачи).

Далее рождается дочь Елена. Умерла в детском возрасте.

В 1904 году рождается сын Сергей.

В одном из своих заявлений Трифон Ильич писал: «Школьная работа была оставлена мной по болезни, а причиной болезни послужила смерть моего сына Николая в 1920 году. Мой старший сын Николай в 1918 году поступил добровольцем в Красную Армию и провел два года в Чапаевской дивизии. Он был членом партии и погиб на фронте в 1920 году.»

В 1932 году Трифон Ильич писал: «Мне 60 лет и у меня миокардит, т.е. болезнь сердца, так что отдых мне необходим, а иначе я не смогу работать.»

А 15 июня 1920 года из Киева от начальника Радиотелеграфа Армии Бориса Терентьевича Моисеева на имя супруги Трифона Ильича пришло следующее известие:

«Уважаемая Екатерина Федоровна!

Посылаю Вам 10,000 руб, причитающаюся Вашему сыну жалованья, так как он, наверное умер, в г. Калмыкове. Когда мы уезжали оттуда он болел сыпным тифом и был оставлен в госпитале. Вот уже прошло 4 месяца, а он оттуда не возвращался, почему мы и предполагаем, что он умер. Кроме того, при нашем отъезде, он был очень слаб.

PS Деньги посылаются двумя переводами по 5 000 в каждом»

Сын Трифона Ильича — Радонежский Сергей Трифонович.

Был арестован Управлением охраны МГБ на Московско-Рязанской ж.д. 2 ноября 1950 г. за антисоветскую агитацию и направлен в психиатрическую больницу для принудительного лечения. Дата реабилитации: июль 2002 года.

Что касается дела Сергея Трифоновича, однозначно понять, что происходило в тот момент, и написана ли правда хоть в одном доносе, – не представляется возможным. Во-первых, он был отправлен в психлечебницу, и, несмотря на свои высказывания, он не был строго осужден, а отправлен на принудительное лечение в Ленинград в 1951 году, затем – буквально через год был отпущен.

Сергея Трифоновича все доносчики характеризовали как человека, который имеет на все свое мнение. Официально у него было две жены.

Со второй женой Марией Павловной Радонежской у них родилась дочь Екатерина.

Во время первого брака у Сергея Трифоновича рождается внебрачный сын Алексей, с Варварой Ивановной Петровой. Алексею дается фамилия Петров. Воспитанием его занимается Трифон Ильич. Алексеем он был назван в честь деда Трифона Ильича — Орлова Алексея Григорьевича.

Сергей получил среднеспециальное образование, работал на основной работе и также имел подработку. Один из доносчиков, судя по словам Сергея Трифоновича, был ему знаком по сожительству с его мачехой. Мачехой он назвал Варвару Ивановну Чичканову, урожденную Петрову, с которой у Сергея Трифоновича был общий ребенок.

 Чудеса по молитвам священномученику Трифону

В Храме на Гороховом Поле только собирались создавать памятную табличку о служивших там новомучениках — Священномученике Петре Ивановиче Канардове и мученике Василие Сергеевиче Иванове, но что-то не складывалось, и затем, историк сообщила о находке: в Храме Вознесения на Гороховом Поле служил еще один новомученик – Радонежский Трифон Ильич. Таким образом историческая находка дала старт новой истории прославления светлого имени священномученика Трифона Радонежского.

Сам Отец Георгий, и.о. настоятеля Храма на Гороховом Поле в 2020 году, рассказывал: «В день, когда мы отдали обсуждаемую в группе табличку с именами священномучеников нашего храма в производство, я ходил и молитвенно обращаясь к Богу говорил: «Слава Господи, что мы не отдали табличку для изготовления как планировали ранее, что все не спроста…. и выявился третий священномученик нашего храма, и теперь мы имеем возможность добавить его имя в табличку…. именно это мы и сделали и она уже в производстве…». Так вот обращаясь в этот день к Богу я говорил: «Господи, вот бы нам кого-то найти из его родственников, и может они что-нибудь расскажут о нем, так как у нас мало совсем информации об этом святом…»
И вдруг в эту минуту моих размышлений позвонила Дарья и сказала, что ее муж —  Алексей —  правнук священномученика Трифона Радонежского».

Сохранились цепочка, кулон, нательный крест и ложечка, принадлежавшие Трифону Ильичу.

На брелоке была выгравирована надпись: «Опытному репетитору и воспитателю Глубоко уважаемому Т.И. Радонежскому на добрую память отъ признательныхъ родителей М-вскихъ и А-выхъ. 1916-1917 уч.г. часы, цъпьб брелокъ».

Своими материалами в 2014 году поделился Сергей Сергеевич Каринский на сайте Живого журнала. Автор пишет: «Какое-то время назад я печатал извлечения из воспоминаний моего деда со стороны отца, относившиеся к его учёбе в Московском ун-те … В той же тетрадке имелся и довольно любопытный фрагмент, описывавший его ранние гимназические годы. Тогда я его опустил, как не относящийся к теме, а сейчас приведу – как иллюстрацию нравов эпохи конца Империи. Таких воспоминаний кто только не оставлял, но пусть будет ещё один кусочек мозаики». Наверное, автор даже не представляет, что это не только кусочек мозаики, но настоящая и историческая ценность. «Мой дед поступил в 4-ю Московскую гимназию осенью 1915 г. Гимназия эта располагалась в Апкраксинском дворце-«комоде» на Покровке. Описываемые события относятся к периоду 1915-17 гг. «Помню, что у нас в гимназии был так называемый классный надзиратель по имени Трифон Ильич, человек с большой головой, очень флегматичный и простой. Так, ему ученики всех классов не давали проходу – как увидят его, так начинают запевать хором куплеты: «Как у Трифона Ильича – голова из кирпича…» Каждому учителю было дано, как водится, прозвище: историк был «бублик», математик – «селёдка», инспектор – «блаженный» и т.д. Единственным, кажется, авторитетом был в гимназии директор Веригин, при приближении которого наступала мёртвая тишина. Помню, что директор вызвал меня к себе в кабинет и требовал, как «от интеллигентного и сознательного человека», чтобы я сообщил ему, кто является основным зачинщиком шалостей в нашем классе – но так ничего и не добился. Боялись ещё ученики учителя гимнастики, не то латыша, не то чеха, который был действительно свиреп и ввёл в систему провинившихся, по его мнению, учеников, не справляющихся с гимнастическими заданиями – щёлкать двумя пальцами по губам. Ученики ходили жаловаться на него директору, но из этого ничего не вышло, он своей манеры так и не оставил. Учителя у нас менялись очень часто, качество занятий, и так невысокое, от этого ещё больше страдало.».

«Гимназисты вместе с классным надзирателем Т.И.Радонежским (в советской транскрипции — Родонежским, 1873-1938), впоследствии псаломщиком и диаконом, арестованным в 1937 г. и умершим в заключении; в 2000 г. он был причислен к новомученикам; мой дед — второй справа, подпирает подбородок (1916-17 гг.) — фотография любезно предоставлена Д.Петровой».

Помимо этого, оказалось, что двое ребят по центру, держащихся за руки рядом с Трифоном Ильичем, это Теодор Глясс, обнимающий за плечи Дмитрия Белорусова — два ближайших друга деда С.С. Каринского. И он написал свои воспоминания в связи с внезапной смертью Белорусова, в самом начале 1930-х. После этого сообщения мне была выслана фотография 30-х годов, где были запечатлены трое взрослых друзей из 4-й Мужской Гимназии.

Подумать только, Трифон Ильич отдал работе в Гимназии 20 лет,  а воспоминания свои написал именно один из учеников с одной-единственной сохранившейся фотографии! Чудны дела Твои, Господи!

Трифон Ильич также отражен в воспоминаниях Сергея Александровича Никитина «Воспоминания о гимназических годах», написанные, можно предположить, в 1970-х годах, опубликованы впервые в 1983 году к 80-летию С.А. Никитина издательством МГУ.

«…За порядком во время перемен наблюдали надзиратели. Один носил прозвище «Мазепа», обладал зычным голосом и останавливал гимназистов окриком «Не орать». Он, насколько я помню, действовал преимущественно на втором этаже, а к концу моего пребывания в гимназии из нее ушел. Поэтому лучше запомнился другой – Трифон Ильич Радонежский. Невысокого роста, с животиком и очень сильными пальцами, он был грозой баловников, которым доставляло удовольствие, приблизившись к нему на расстояние, обеспечивавшее возможность бегства, крикнуть: «У Трифона Ильича голова из кирпича». Радонежский бросался в погоню, шалун убегал, а если бывал задержан, то получал такой силы щелчки по мягкому месту, что долго не забывал об этом…»

Репрессии

Около 5 писем направлял Трифон Ильич в различные комиссии. Последнее из них, датированное 02 декабря 1935 года имело название «горемаленькогочеловека». В одном слове содержится сполна смыслов.

«30826 …… 2/XII-1935  в Центральный Исполнительный Комитет по восстановлению в правах

Гр-на Радонежского

Трифона Ильича

Заявление

«Горемаленькогочеловека»

Вот уже в 3-ю и, кажется, последнюю инстанцию мне приходится стучаться, чтобы восстановиться в правах гражданства. «ЦИК» — это высший разум страны, совесть нации. Что я могу писать в свое оправдание, какие новые доводы привести в защиту той мысли, что я достоин носить звание гражданина Советской Страны.

Одно могу сказать: всю жизнь прожил маленьким человеком, занимал самые маленькие должности. Всю жизнь приходилось, как маленькому человеку – по своей должности- терпеть всякую неправду, унижения и оскорбления.

Мне бы хотелось спросить в чем моя вина, что меня не восстановили до сих пор?

Кого не спросишь – от всех слышишь одно: «Какой вы лишенец? Псаломщик и лишенец! Это по недоразумению вас записали в лишенцы.  Вы всю …(жизнь?) прослужили школьным работником и псаломщиком: то и другое не делает человека лишенцем. Ведь вы же не жандарм, ни полиция, ни генерал, ни фабр…(?)  и не торговец. Просите и хлопочите и вас восстановят.

От всех этих речей мое положение нисколько не улучшается.

Родные дети и те смотрят на меня с нескрываемым чувством злобы и пренебрежения и ни раз мне заявляли, что они на службе и испытывают всякие притеснения из-за того, что отец их лишенец.

Мне хочется крикнуть: «За что, за что такое унижение!»

Не нахожу слов, как просить ЦИК – совесть страны Советов — облегчить мое положение. Меня, как лишенца. Никуда не берут на службу, а ведь есть и пить надо. Нельзя самой смерти висеть на шеи близких и родных и быть в тягость им.

С другой стороны, хочется работать, приносить посильную помощь, особенно теперь, когда развернуто такое грандиозное строительство, когда буквально везде чувствуется нехватка рабочих рук.

Еще раз убедительно прошу «ЦИК» рассмотреть мое заявление, поданную в областную Комиссию и оказать мне милость и восстановить в правах и тем дать мне возможность своим трудом принять участие в социалистическом строительстве Страны Советов.

29.XI.1935 Г-н Радонежский Тр.».

Вот живое воплощение страданий, которые нес Трифон Ильич в последние свои годы.

Еще раз прочтем: «Всю жизнь приходилось, как маленькому человеку, по своей должности, терпеть всякую неправду, унижения и оскорбления» — и тут кровью обливается сердце, вспоминаются те дневники, в которых описано, как ученики по своему шаловливому настроению обижали и оскорбляли тогда еще школьного надзирателя.

В каждом своем письме, которое относилось к восстановлению избирательных прав в период 1932-1936 годов, Трифон Ильич подписывает адрес своего проживания – ул. Вознесенская, д 2/8, кв. 14 (несколько раз в протоколах записывали дом 18).

В анкете также был обозначен номер его паспорта – МТ№510720 выдан 27 отделом милиции города Москвы 04.04.1936 года.

В одной из анкет, связанных с его допросом, обыском и арестом сказано, что в его комнате остается жить Петрова.

28 СЕНТЯБРЯ 1937 ГОДА

«….- Чем Вы занимались до последнего времени?

— после окончания духовной семинарии я поступил работать в 4ую гимназию в качестве помощника наставника класса. Проработал там до 1917 года.

С 1917 года по 1920 год я работал школьным работником. Одновременно с этими работами я служил в Церкви Вознесения в качестве псаломщика, а с 1920 года я служил на основной работе в качестве псаломщика до 1935 года. Последняя моя служба в церкви была дьяконом в селе Фаустове….»

Эти строки вызывают несравнимое ни с чем двойственное чувство. Они были написаны рукой человека, который протоколировал допрос. Особые моменты были подчеркнуты красным карандашом. Эти строки подчеркнули и мы. Из-за них, из-за признания в верности Христу он был осужден. Благодаря этим строкам мы знаем его личную историю и последнее место службы.

В одном из допросов также было сказано, что в 1932 году Трифон Ильич проживал в деревне Лукинки Мордвесского района Московской области (сейчас этот район относится к Тульской области).

В характеристике сказано, что он имел собственный дом, где проживал вместе с сыном Сергеем Трифоновичем и зятем Карло. Кстати сказать, в московском справочнике за 1917 год значится Карло Христофор Христофорович, который проживал в Мыльниковом переулке (ныне – ул Жуковского), дом 6. Совсем рядом, в нескольких метрах, с домом Эппле, где жил Трифон Ильич с семьей. Возможно это был отец мужа Клавдии.

За пару дней до событий, происходящих в этот день, на почту Алексея пришло уведомление на наш запрос от 15.12.2020 года в Центральный  архив, что по адресу ул. Радио, д4, кв.14 проживали также:

• Петров Алексей Васильевич с сыном Виталием и Петрова Лариса Андреевна.
• Радонежская Мария Павловна с дочерью Екатериной, Радонежский Сергей Трифонович.

Согласно архивным записям у Сергея Трифоновича была супруга  Мария Павловна, а также у них была дочь Екатерина. Конечно, эта линия родственников для нас представляла интерес, поскольку они могли бы нам помочь составить более полное представление о семье. Мы помним, как доносчики в 1951 году рассказывали о том, что Мария Павловна плакала из-за действий Сергея Трифоновича по отношению к своей маленькой дочери.

Как только мы подъехали в ЗАГС, нас проводили в архивный отдел, он был первым кабинетом от входа. Очереди в кабинет, Слава Богу, там не было. Нас сразу спросили, что мы хотим, какие документы нам нужны. По сути, запрос был таков — найти возможных родственников, документы которых могли бы храниться в органах ЗАГС. Мы разложили все имеющиеся документы за высокой стойкой, пояснили работникам, как нам важно отыскать информацию, что любая зацепка поможет распутать этот важный клубочек. Мы предполагали, конечно, что фамилию Радонежский могут писать через «о», но вот терпение и добросовестное отношение работниц архива нас потрясло. Они смогли отыскать «Радонемскую» Екатерину Сергеевну. Видимо при оцифровке данных как смогли прочитать записи, так их и впечатали в компьютер. Отсюда мы увидели, что «Родонецкий» Сергей Трифонович и Миронова Мария Павловна заключили брак в Пролетарском отделе ЗАГС 04 октября 1946 года. Спустя 3 года, 6 августа 1949 года у них рождается дочь Екатерина. Для того, чтобы найти дочь нам необходимо было назвать год ее рождения, и только по воспоминаниям соседей Сергея Радонежского от 1951 года, когда говорили о его маленьком ребенке, мы предположили, что ребенок мог родиться в 1949 или 1950 году. Так и есть! Это был 1949 год, Марии на тот момент было 35 лет.  Конечно, мы надеялись, что Екатерина еще жива, но нам сообщили, что 22 августа 2016 года, совсем недавно, она  умерла.

Нашлись и данные по ее сыну – его зовут Радонежский Сергей (видимо назван в честь деда).

Конечно же, мы первым делом открыли интернет в поисках хотя бы малой информации о родственниках, где, слава Богу,  нашли сведения о Екатерине. На сайте Храма Великомученика и Победоносца Георгия в Ендове (Московское подворье Спасо-Преображенского Соловецкого ставропигиального мужского монастыря) было обозначено сообщение в разделе «Вечная память».  Она скончалась в день памяти Соловецких святых, тогда как последняя служба ее деда, Трифона Радонежского, проходила в храме Фаустовского подворья Соловецкого монастыря.

На следующий же день мы поехали на Балчуг, в Храм Великомученика и Победоносца Георгия в Ендове.

Нас встретили работники Храма, мы им рассказали о том, что на сайте увидели очень важную для нас информацию. Они поспешили нам помочь – уже буквально через час нам позвонили и рассказали о характере и последних годах жизни внучки Трифона Ильича.

Ее духовным отцом был иеромонах (ныне – архиепископ) Аксий (Тезоименитсво которого кстати, отмечается тоже 22 августа (н\ст) в день празднования Собора Соловецких святых, который впоследствие был возведен в сан архиепископа Южно-Сахалинского и Курильского, а сейчас Управляющий Подольской епархией). Она серьезно болела, у нее были болезнь Паркинсона, и она страдала от онкологии в последние годы жизни. Представитель фонда «Милосердие» рассказал, что они взяли ее под опеку по просьбе Аксия, а затем направили в Пансионат ветеранов труда.

«Не удивительно, что ее дед был святым, она так держалась! Несмотря на все тяготы жизни и сильные боли, в отличие от других обитателей пансионата, она была всегда приветливой, удивительно стойкой» — вспоминала Наталья.

Наталья также рассказала, что у нее есть номер телефона родственницы Екатерины Сергеевны  по имени Лидия. Связавшись с сыном Екатерины Сергеем, Лидия получила фотографии снимков Трифона Ильича и его семьи, которые хранились в семейном альбоме семьи Радонежских.

Фотографии и личные вещи

«Снимал Коля Карло 12 мая н\ст 1936 года. Коле было 14 лет. Леше было 1 год и около 2х месяцев.  Варе было 23 года.»

Божественная Литургия и икона Трифона Радонежского

27 февраля 2021 года был отслужена первая Божественная Литургия в честь Трифона Радонежского в Храме на Гороховом поле.

После службы мы вместе с Лидией отправились на Введенское кладбище, где покоились дети Трифона Ильича — Сергей и Клавдия.

Поставив на стоянку автомобиль, мы подошли ко входу. Было очень скользко, еле-еле держась руками за забор и ворота, мы прошли по пригорочку ко входу. Какое счастье было увидеть, что все дорожки были расчищены, мы без каких-либо проблем смогли дойти до администрации, где нам дали четкое указание о захоронении. Без каких-либо проблем мы нашли памятник. Один большой — на семью Клавдии, ее муж и мать мужа были похоронены вместе, а также был памятник Сергею и Марии. Сергей родился 17 февраля 1904 года, а умер в 1981 году в возрасте 77 лет. Фамилия Клавдии Трифоновны на памятнике была по ее второму мужу – Кискачи.

В интернете оказалась очень интересная заметка об их семье: «Был инженером — технологом, работал, на станкостроительном заводе «Красный пролетарий», позднее преподавал в станкостроительном техникуме. Его жена — Клавдия Трифоновна, урожденная Радонежская, родилась в 1901 году, а умерла в 1998 году в пансионате (последние её годы я ежемесячно её посещал). Детей у них не было.»

Так мы поняли, что по линии Клавдии родственников больше не осталось. Сама Клавдия прожила очень долгую жизнь – она скончалась в возрасте 97 лет.

Вечером этого дня Алексей позвонил Сергею, внуку Сергея Трифоновича, и было очень большое желание встретиться и пообщаться с ним. Сергей ответил, что ко встрече готов и предложил ее провести в воскресенье.

Мы встретились в кафе, недалеко от его дома. Сергей показался нам очень спокойным человеком, который проходит свой трудный жизненный путь, который открыл сам впервые эту невероятную историю для себя. Я сидела и еле сдерживала слезы, смотря на двух родных друг другу людей. И было горько и одновременно радостно это осознание.

Сергей принес с собой целый альбом фотографий, а еще вспомнил, что ему рассказывали о семье его родные.

Некоторые фотографии мы видели и у себя – например, фотография с учениками была подписана датой «18 марта 1911 года». Было много семейных фотографий, на одной из них девочка лежала во гробе. Было еле видно, что написано сзади, но мы смогли прочитать: «В гробу лежит дочка Лялечка (Елена). Папа. Тр. Радонежский».  Значит у Трифона Ильича и Екатерины Федоровны было 4 детей, двое из которых умерли совсем рано, а двое – Клавдия и Сергей, достигли почтенного возраста.

Посмотрела в православный календарь – это Неделя о блудном сыне. Чудеса!

У одного – есть все, буквально, у другого нет ничего. И вот один оставил все, что есть и пошел на исповедь и причастие, и Господь дал ему увидеть то, чего у него не было никогда – его родной по крови человек, о котором он раньше и не подозревал. А у другого были очень скромные возможности, но он был в окружении родных, которые знали историю своего рода. А потом потерял всех и все, но встретил своего двоюродного племянника, и теперь появилась надежда на то, что они будут рядом и протянут друг другу руки и смогут вместе восстановить ход истории и прославить имя своего родного человека, который молитвами своими помог случиться, казалось бы, невозможному, чье имя чтит Православная Церковь, чей подвиг мученической кончины во имя Христа вечен.

Летом того же, 2021 года, 2 июня, в наш Храм был назначен новый настоятель – протоиерей Максим Викторович Батурин. С отцом Максимом нас ждали новые большие открытия.

Отец Максим до прихода в наш храм с 31 июля 2002 года совершал служение в храме «Знамения» иконы Божией Матери в Переяславской слободе г. Москвы. К этому же Храму относится и Трифоновский храм в Напрудной слободе – том самом храме, где Трифон Ильич был крещен, где его отец Илья Сергеевич Радонежский служил диаконом, а мать его, Олимпиада Алексеевна, была многие годы просфорницей.

Отец Максим помог нам найти иконописца – все это время мы сами, сколько ни старались, не могли найти подходящего мастера, кто мог бы написать икону священномученика Трифона Радонежского. И именно в Трифоновском храме мы познакомились с иконописицей Марией, которая написала икону Трифона Радонежского. И 27 февраля 2022 года, в праздник Трифона Радонежского, мы смогли ее освятить. Также стараниями отца Максима были исправлены данные в святцах – после того, как в деле НКВД указали неверную фамилию Родонежский, именно так и значилась она в церковном календаре.

К рождению дочери, Марии, мы решили поменять нашу фамилию на Радонежские в честь прапрадеда Алексея, ведь по мужской линии это его фамилия. Так 21 марта 2023 года родилась Мария Алексеевна Радонежская.